Некоторые искусствоведы называют XVII столетие веком барокко. Мастерам, которые работали в этом стиле, представлялось, что весь мир – и природа, и люди – находится в непрерывном движении. И они старались передать в своих творениях это движение: и физическую стремительность, и вихрь чувств. Одним из самых прославленных представителей барочного стиля в искусстве был итальянский скульптор Лоренцо Бернини.
Когда Бернини еще не был знаменит, он отдал дань Аполлону. Ваять скульптурный портрет бога искусств, как это делали древние греки, ему не хотелось: состояние покоя было ему неинтересно – оно чуждо духу барокко. И Бернини выбрал бурный эпизод из жизни Аполлона – историю с речной нимфой Дафной.
Сразив Пифона, Аполлон увидел рядом бога любви Эрота – и тоже с луком и стрелами. Сам себе Аполлон казался после победы уже не мальчиком, но мужем, и он снисходительно сказал: «На что тебе, малыш, оружие? Стрелять из лука – дело взрослых!». «Ну, погоди! – подумал Эрот. – Сейчас увидим, кто тут стреляет, как взрослый». Он взлетел на соседнюю гору Парнас, прицелился и пустил Аполлону в сердце стрелу, вызывающую любовь. Другой же стрелой, убивающей любовь, он поразил прекрасную Дафну. И вот однажды Аполлон увидел Дафну и полюбил с первого взгляда. Дафна тоже заметила Аполлона и в ужасе пустилась наутек. Аполлон – за ней. Бог-музыкант уже почти догнал нимфу, но она взмолилась к отцу, богу рек Пенею, чтобы он спас ее от преследователя. И на глазах у влюбленного руки ее, воздетые к небу, стали ветвями, волосы – листвой. Еще мгновение – и оказалось, что он обнимает лавровое дерево! Лавр с тех пор сделался любимым деревом Аполлона. Бог повелел ему вечно зеленеть и сплел себе венок из лавровых веток. А в честь Аполлона лавровым венком стали награждать и лучших поэтов и музыкантов.
Дафна, конечно, не виновата, что попалась Эроту под горячую руку. Но её история – напоминание остальным о том, что если убегать от собственных талантов, то в конце концов одеревенеешь.
Бернини от них не убегал, а изваял Аполлона и Дафну, и бог искусств, как видно, вознаградил его: эта работа принесла скульптору признание – лавры, так сказать. Его талант произвел столь сильное впечатление на папу римского, что тот назначил Бернини придворным скульптором.
В XVII столетии в искусстве помимо барокко сложился и другой стиль – классицизм. Его приверженцы не только заимствовали сюжеты для своих работ из греческих мифов, не только чтили античность, но и считали ее образцом для подражания. Их не интересовали бурные чувства, как мастеров барокко. Они желали изображать прекрасное, а красота постигается с помощью разума. Мастера, которые придерживались классицистического стиля, согласились бы с Пушкиным в том, что «прекрасное должно быть величаво». Им нравились строгость, ясность и отстраненность, свойственные греческим статуям. Они полагали, что любое впечатление, даже от природы, следует сначала осмыслить, а уж потом воплощать на полотне или в мраморе. Вовсе незачем живописать все, что видишь. Надо отсеять мелочи, поскольку они противоречат возвышенности рассказа.
Поначалу классицизм развивался преимущественно во Франции. Первыми и самыми выдающимися представителями этого направления в XVII веке считаются художники Пуссен, знаток античной мифологии, и Клод Лоррен. Но их последователи очень скоро возвели отстраненность и величавость в закон, что что творения классицизма перестали вызывать отклик в душе зрителей. В середине XVIII века, накануне Великой французской революции, много говорили о необходимости разумного устройства общества, и в ответ классицизм в искусстве пережил новое рождение. Теперь уже он появился и в других странах. Скажем, итальянский классицизм возглавил в конце столетия наиболее знаменитый в Европе скульптор тех лет Антонио Канова. В искусстве и мифах древних греков и римлян каждый мастер находил свое: борец – образы героев, а пацифист – гармонию. Третья волна классицизма возникла в начале XIX века. В русском искусстве она принесла шедевры архитектуры: строго симметричные, с «античными» колоннами особняки, дворцы и общественные здания. Многие из них стоят до сих пор как памятники возвышенным чувствам, царившим в русском обществе, – как раз тогда, в связи с Отечественной войной 1812 года, оно переживало подъём патриотизма.
