Рассказ «Неживая любовь» (часть 3)

0
68

Начало

– Что ты тут делаешь? – Сонно улыбнулся мужчина, как детской шалости. – Ты же должна быть в комнате у Ксюши…

 

***

 

Чужая женщина ворвалась в их жизнь, как беспощадный свет в уютный полумрак. Все, кроме кота, перестали видеть Анетту. Она где-то существовала с тоской в темных глазах, но ее тело будто стало прозрачным – и для людей, и для неживых. Любимый восхищался новой обитательницей дома, как когда-то давно люди восторгались Анеттой.

Три дня в душе бушевал темный ураган. Обломки мыслей плясали на растерзанном теле любви.

«Я так больше не могу», – мысль просочилась в разум с четвертым рассветом.

Анетта соскочила с насквозь розовой кровати. Босые шаги неслышно коснулись пола. Двери боялись скрипнуть. Стены каменели молчаливым неодобрением. Анетта проскользнула на кухню. Там на столе блестела месть за безразличие.

Нож непривычной тяжестью лежал в изящных ладонях. Анетта скользила по коридору тенью, словно призрак. Казалось, она даже слышала, как за ней тянутся цепи-грехи.

Женщина-разлучница спала, умиротворенно улыбаясь грезам. Ее светловолосая головка доверчиво покоилась на плече мужчины. Анетта подошла к кровати. Нож звенел предвкушением. «Быстрее, быстрее», – поторапливал вихрь черных бабочек.

Анетта занесла нож.

Предчувствие змеей скользнуло между складками одеяла. Клыки тревоги впились в душу мужчины. Рваная темнота сна упала с разума – и мужчина приоткрыл глаза.

Мир растворился. Для Анетты больше не существовали ни соперница, ни комната, ни Вселенная… Только синие глаза. Его глаза. В них плескалось удивление и… страх.

Анетта сделала шаг назад. Реальность пошатнулась. Нож с обреченным стуком упал на пол. Падение выдернуло пол из-под ненадежных неживых ног. Крылья любви не раскрылись. Анетта упала на спину и разбилась.

 

***

 

– Ее не починить, – слова мужчины рухнули приговором.

Кукла лежала на столе. Расколы в белом фарфоре – смертельные раны на неживом теле.

По щекам девочки катились слезы. Она чувствовала – это была не просто кукла.

Отец утешающе положил руку на плечо дочери.

– Не плачь. Ты же взрослая девочка. А это… это всего лишь кукла, – в тоне слышалась неуверенность.

Когда он ушел, по щеке куклы скользнула одинокая слеза.

– Прости, – шорохом донеслось до слуха девочки.

Но Анетта просила прощения не у нее. У синеглазого мужчины, который теперь всегда будет с опаской смотреть на кукол. У женщины, жизнь которой хотела оборвать. У мира, для которого Анетта так и не смогла стать живой.

Черные глаза напоследок блеснули, а потом взгляд заполнила глухая темнота.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ