Поначалу жителям прибрежных районов не приходилось даже надеяться на то, что кто-нибудь защитит их от пиратских набегов. К морскому разбою относились как к стихийному бедствию. В ранний античный период у полисов, древнегреческих городов-государств, не было даже постоянного военного флота. Финикийским, египетским и греческим купцам приходилось самим заботиться о своей безопасности. В плавание они стали отправляться не в одиночку, а с конвоем. Пока это был единственный способ защитить свою жизнь и добро. В Греции ходившие за море купцы объединялись в своего рода товарищества, которые нанимали вооруженную охрану. Она располагалась либо на самих торговых судах, либо на сопровождавших их конвойных. Положение улучшилось в V в. до н.э., когда персидский царь Ксеркс, правивший в 486 —465 гг. до н.э., привел в Грецию огромный флот с могущественным войском. Попав в бедственное положение, греки за несколько месяцев создали собственный военный флот и в морском сражении при Саламине (480 до н.э.) наголову разбили персов. Теперь для пиратов наступили трудные времена. Новая морская держава — Афины — начала заботиться о поддержании порядка на море. Она разделалась и с правителями маленьких островков, которые предоставляли свои гавани пиратам, неплохо на этом зарабатывая. Однако мир на море был недолгим. В столкновении с македонским царем Филиппом II, правившим в 355 —336 гг. до н.э., сами Афины впервые были разгромлены. Они призвали на помощь морских разбойников, однако царь Филипп ответил тем же. И снова жители должны были защищаться сами. Они возводили военизированные поселения в глубине страны. Дома ставили впритык друг к другу — получалась прочная стена без окон. Строили и крепостные сооружения — круглые или четырехгранные башни, которые называли периполтонами. Эти защитные башни окружали каменными стенами, и когда стража поднимала тревогу и дымом костров оповещала всех о надвигавшейся опасности, то окрестные жители прятались за этими стенами со своим скарбом и скотом.
Почему благотворительность чаще направлена на детей и какие российские фонды помогают детям?
Бросается в глаза: сборы «на детей» проходят быстрее, чем почти любые другие. Это не только про эмоции, но и про устройство общества и благотворительного...
Почему стоит заняться благотворительностью и с каких фондов начать в России?
Благотворительность часто кажется чем-то «для богатых» или «на потом». Но в современной России большое количество фондов живут именно за счёт маленьких, но регулярных пожертвований...
Почему доверие к ИИ зависит не только от точности моделей, но и от прозрачности...
Когда ИИ отвечает быстро и «в точку», легко забыть обо всём остальном. Кажется: раз модель даёт полезные ответы, значит, ей можно доверять. Но в...
Почему для этичного ИИ недостаточно «хороших намерений» разработчиков и нужны международные правила?
Многие команды ИИ искренне говорят: «Мы хотим делать технологии во благо». У них есть кодексы, внутренние комитеты по этике, красивые презентации. Казалось бы, этого...
Почему дата-центры для ИИ требуют столько энергии и как это связано с экологическими проблемами?
Когда мы просим ИИ «придумать текст» или «проанализировать данные», кажется, что это просто магия в экране. На деле за ответом стоит огромный дата-центр: сотни...
Почему учёные говорят о рисках «сильного ИИ» и можно ли всерьёз бояться машинного бунта...
Про «восстание машин» любят снимать фильмы, но разговоры о рисках сильного ИИ (AGI) ведут не сценаристы, а вполне реальные учёные и инженеры. При этом...
Почему школы и вузы спорят: запрещать ИИ студентам или учить его использовать?
ИИ уже умеет писать эссе, решать задачи, генерировать код и презентации. Для одних педагогов это страшный читинг, который убивает учебу. Для других — новый...
Почему использование ИИ в медицине одновременно спасает жизни и поднимает вопросы ответственности за ошибки?
ИИ уже помогает врачам находить опухоли на снимках, предсказывать осложнения и подбирать лечение. В новостях — истории о спасённых пациентах, но параллельно звучат вопросы:...
Почему крупные компании контролируют ключевые модели ИИ и что это значит для цифрового неравенства?
Сегодня самые мощные модели ИИ принадлежат горстке крупных корпораций. Они тренируют их, запускают в облаке и решают, кто и на каких условиях сможет пользоваться...
Почему создание военных систем на основе ИИ вызывает отдельные этические и правовые споры?
Идея «умного оружия» звучит как научная фантастика, но такие разработки уже идут. Дроны, системы наведения, кибератаки — всё чаще в них появляется ИИ. Именно...
Почему в вопросах безопасности ИИ говорят о «чёрном ящике» и требуют объяснимых моделей?
Когда обсуждают безопасность ИИ, часто звучит фраза: «модель ведёт себя как чёрный ящик». Это значит не «магия», а то, что даже разработчики плохо понимают,...
Почему ИИ меняет рынок труда не только для рабочих профессий, но и для офисных...
Когда говорили об автоматизации, все представляли робота на заводе, который забирает работу у станочника. Теперь выясняется, что под ударом и те, кто пишет тексты,...


































































